|
Архитекторы Большой Коломны
ШРЕТЕР ВИКТОР АЛЕКСАНДРОВИЧ (1839 - 1901)
Разносторонняя творческая деятельность Виктора Александровича Шретера поставила его в ряд выдающихся зодчих, бескорыстно служивших Петербургу. Его можно сравнить с художниками - гуманистами эпохи Возрождения, стоявшими на высшем уровне современной им культуры.
Творческие корни архитектора связаны изначально с Петербургом, где он родился 27 апреля 1839 года в доме каретного мастера Бага (Вознесенский пр. , 30) и где семнадцатилетним юношей поступил в архитектурный класс Академии художеств. По совету своего наставника Л.Бонштедта он продол жил образование в Берлине в Строительной академии, посещая также класс натуры Академии художеств и получая частные уроки акварели.
Закончив учение в 1861 году, Шретер отправился путешествовать, побывав в Германии, Бельгии, Франции, Швейцарии, подробно ознакомившись с зодчеством Италии и Австрии.
Творчество Шретера связано с последним этапом развития эклектического стиля; он стал видным представителем рационального направления эклектики. Профессиональную деятельность он начал помощником архитектора А.Кракау на перестройке Апраксина и Щукина рынков, зарекомендовав себя добросовестным мастером, стремящимся «строить солидно, а вместе с тем экономно».
О расцвете творчества Шретера свидетельствует строительство дома фирмы «Штоль и Шмидт», торговавшей красильными и аптечными товарами (ул. М. Морская, 11). Главный фасад с неоренессансными мотивами облицован гранитом, силезским кирпичом и ревельским мрамором. Этот кирпич и мрамор в строительстве зданий использовались в Петербурге впервые. В новом типе вооружения Шретеру одному из первых удалось решить сложную задачу соединения общественных и жилых функций, разместив в здании товарные склады, магазин и благоустроенные квартиры для рабочих и служащих. Эту постройку можно считать одной из лучших на старой петербургской улице. При жизни Шретера, в знак особого отличия, на фасаде здания была установлена мемориальная доска с именем архитектора.
С именем Шретера связано строительство многих театральных зданий в Петербурге и других городах России: Рыбинске, Тифлисе, Иркутске, Нижнем Новгороде, Киеве. В 1882 году Шретер стал главным архитектором Дирекции императорских театров столицы. Наиболее значительными были его работы в Мариинском театре.
Многие постройки зодчего, возведенные в «кирпичном» стиле, явились в Петербурге лучшими образцами этого направления. На переходном этапе к модерну они воспринимаются как яркое проявление эволюции зодчества. Благодаря творческим усилиям и влиянию Виктора Шретера «кирпичная архитектура» вышла за рамки стиля утилитарных сооружений.
По богатству форм и цвета она не уступала «архитектуре оштукатуренных зданий», и при этом дома были прочны, долговечны и значительно дешевле Постройки этого стиля хорошо увязались с окружающими домами, сохраняя образную выразительность.
д.183/3 Жилой дом и фабрика шелковых изделий А. И. Ниссена. 1873г. Академики арх. В. А. Шретер и И. С. Китнер.
Зодчие Мюнхена, Вены, Берлина давно уже взяли на заметку преимущества облицовки фасадов голым кирпичом, в общем традиционной для «немецкого мира», и поставили задачу его возрождения. Причин было несколько, в первую очередь те, что за счет отказа от штукатурных работ повышалась скорость строительства, снижалась его стоимость и удлинялся срок эксплуатации без косметического ремонта. При выборе качественного кирпича, применении рельефной кладки, дополнения ее полихромными изразцовыми вставками здание выглядело вполне вполне прилично, что, в общем, и требовалось.
Одним из первых опытов применения этой техники у нас стал комплекс зданий, заказанных фабрикантом А.И.Ниссеном архитектору В.А.Шретеру. Он состоял из доходного дома и фабрики шелковых изделий и размещался в конце набережной Фонтанки (дом 138), выходя также на Калинкин переулок и Прядильную улицу. При возведении комплекса Шретер нашел уместным применить целый спектр новых идей, от особой прокладки подвалов, спасавшей от сырости, до ледника необычной конструкции, которая получила потом приз на Брюссельской выставке. Когда же петербургские домовладельцы узнали, что использование кирпича обошлось на 25% ниже устройства привычного, штукатурного фасада, сердца их были покорены. В приемной Виктора Шретера выстроилась целая очередь заказчиков – ну а для Петербурга настала эпоха «кирпичного стиля».
Облик массивных зданий этого стиля резко дисгармонировал с привычной для глаз петербуржцев оштукатуренной поверхностью стен, окрашенных в светлые цвета, которая заставляла их как будто слабо светиться порой «белых ночей». Впрочем, здания «кирпичного стиля» возводились, как правило, на окраинах города, и их деловой, рациональный облик лишь подчеркивал пышность ансамблей исторического ядра города. Вот почему они постепенно были приняты коллективным сознанием петербуржцев и в основной массе сохранились в застройке города до сего времени. Совершенно аналогичный процесс происходил и в немецких городах.
Иероним Севастьянович Китнер (1839 – 1929)
Крупный зодчий-рационалист, один из лидеров и теоретиков «кирпичного стиля», ведущий специалист в области постройки зданий с крупнопролетными металлическими перекрытиями.
И.С.Китнер родился в Петербурге в семье знаменитого лампового мастера. После окончания Строительного училища в 1859 году Китнер работал в мастерской А.Штакеншнейдера по постройке дворца Великого князя Николая Николаевича (ныне Дворец труда).
Свое образование архитектор завершил в Германии, Италии, Франции и других европейских странах. Вернувшись в Петербург в 1867 году, он работал у архитектора А.И.Резанова по сооружению дворца Великого князя Владимира Александровича (ныне Дом ученых).
Более тридцати лет Иероним Китнер отдал преподаванию основных архитектурных дисциплин в Строительном училище, преобразованном потом в Институт гражданских инженеров.
Творчество Китнера относится в основном к периоду эклектики, когда новаторские тенденции достигли наиболее совершенных форм выражения. Под воздействием общеевропейских архитектурных явлений в кругу русских зодчих начинаются поиски новых путей формообразования на почве рационализма. Пропагандист нового «кирпичного стиля», Китнер указывал на художественные и экономические преимущества добротно выполненной кладки фасадов из высококачественного кирпича по сравнению с оштукатуренными фасадами.
Он построил в нашем городе музеи, храмы, больницы, заводы, школы, институты, доходные дома: Сельскохозяйственный музей (ул. Гангутская, 1), Институт гражданских инженеров (2-я Красноармейская ул. , 4), Сенной рынок (не сохранился), здание Мирового съезда (ул. Гражданская, 26), Александровская мужская больница (15-я линия, 4\6), фабрика и особняк Зигеля (ул. Марата, 63), здание Общества поощрения художеств (Союз художников, ул. Б. Морская, 38), школу лютеранской церкви Св. Екатерины (Большой пр. В. 0. , 55), Зимний сад особняка Спиридонова (ул. Фурштатская 58), два павильона Боткинской больницы (ул. Миргородская, 3)... Он был творцом знаменитой Пальмовой и Викторной оранжерей Ботанического сада...
Он работал в комиссиях Городской думы, заботясь об охране здоровья петербуржцев. Он - академик архитектуры, один из учредителей Петербургского общества архитекторов, участник создания журнала «Зодчий», защитник старины.
В 1903 - 1904 г. г. он построил собственный доходный дом на углу Фонтанки и Прядильного переулка. Здание со входами из переулка, обращено главным, узким фасадом на Фонтанку, который в процессе строительства подвергся переработке, не изменивший членения, но упростивший декоративные детали. Фасад по переулку был обработан в духе модерна с использованием штукатурки и кирпичной кладки. В 1911 году зодчий был избран почетным членом Академии художеств. Прожив еще семь лет в Петербурге, он после революции уехал к дочери в Германию, где и умер в 1929 году.
В.П.Кондратьев (1867 – 1952)
Кондратьев Владимир Петрович специализировался на постройке домов для рабочих, благотворительных учреждений и др. В Коломне построил: (перестройка и расширении) дом 114 по Садовой ул., дом 104 по Садовой ул. –дом Общества вспоможения бедным при Покровской церкви (совместно с братом), дом № 45 на Английском пр., дома №№ 8 и 9-11 на ул. В.Ермака -дом Общества вспоможения при Воскресенской церкви (1913-е г.г). Сотрудничал с братом Сергеем Петровичем Кондратьевым. Отличался предприимчивостью и решительностью, представляя собой характерный для того времени тип архитектора-дельца.
Он – автор первого дома-коммуны на Смоленской ул., 31 (1904 г.). дом назывался «Порт-Артур» в память героев русско-японской войны. Им построены собственные доходные дома по адресам: Псковская 8.\8 (1913 г.) и . пр. Добролюбова,9 (1905 г.).
Продолжал работать и после революции. Был временным руководителем Наркомата промышленности и торговли в 1917 г, стал начальником технического отдела Наркомата социального обеспечения, работал главным архитектором Воронежской области в 20-х годах.
Некора Василий Михайлович (1844-1887)
Закончил Строительное Училище в Санкт-Петербурге в 1870 г. С 1873 г. имел квалификацию инженера-архитектора. Служил в Губернском Правлении С.-Петербурга с 1876 по 1883 г.г., был городским архитектором. В Петербурге установлено 74 адреса зданий, построенных по его проекту. В том числе 70 доходных домов в стиле «накладной эклектики» Известен доходный дом А.И.Лихачевой на углу Вознесенского пр. и Римского-Корсакова - 37\6. Перестройка по его проекту в 1873 -1875 г.г.Дома на Фонтанке, 147 и 149 построены архитектором Некорой в 1880 г.
С.С.Кричинский (1874 – 1923)
Степан Самойлович Кричинский - типичный представитель зодчества начала ХХ в. Все архитектурное наследие Кричинского можно разделить на три группы. Это произведения так или иначе связанные с модерном, неоклассические работы и постройки в «русском стиле». Дом художника П.Щербова в Гатчине в стиле модерн стала наивысшим творческим достижением зодчего, несравнимым ни с предыдущими, ни с последующими его работами.
Дворец Е.А.Воронцовой-Дашковой в Парголове спроектирован в подражание старым ампирным особнякам. В 1913 г. По проекту зодчего на Каменноостровском пр. Строится доходный дом, принадлежавший эмиру Бухары. Это редкое по совершенству стилизации здание неоренессансного направления. В гигантском мегаансамбле Петроградской стороны, собиравшей на протяжении 1910-х г.г. все лучшие произведения неоклассицизма в нашем городе, этот доходный дом занимает достойное место.
В те же годы Архитектор строит культовые сооружения совершенно иного рода. Для храмов был изобретен «неорусский стиль», который должен был отвечать вкусам церковного начальства, со времен Тона упорно считавшего, что классицизм и его производные чужды русской архитектуре. Церковь была построена на углу Миргородской ул. и Товарного пер. в честь 300-летия дома Романовых; авторами были Васильев, Джорогов и Кричинский. Был создан один из самых эклектичных памятников русской архитектуры. Впрочем, Николай 11 остался доволен и назвал храм «дивным».
Климентов Михаил Яковлевич (1906-1975)
Видный архитектор послевоенного Ленинграда, яркий представитель «сталинского ампира». Михаил Яковлевич окончил в 1934 г. Инженерно-строительный институт и Академию архитектуры в Москве. В годы Великой отечественной войны служил на Тихоокеанском флоте. С 1946 года Климентов – в мастерской №1 Ленпроекта. Среди основных произведений – ансамбль в г. Колпино, кварталы в Гавани, монументальные здания на Сенной пл.,9, Литейном пр., 48, Московском пр., 75 и многие другие.
В застройку района Коломны органично вписались чрезвычайно привлекательный дом № 109 по Садовой улице, дом № 162 на канале Грибоедова и «классическое» здание детского сада (угол Мойки и Английского пр.), построенное на фундаментах разрушенного дома.
В постройках зодчего проявилось творческое осмысление традиций русского классицизма. В последний период жизни построил лечебные здания при въезде в Петергоф, административное здание в Кронштадте и др.
Кондратьев Владимир Петрович (1867-1952)
Специализировался на постройке домов для рабочих, благотворительных учреждений и др. В Коломне построил дом 104 по Садовой ул., дом № 45 на Английском пр., дома №№ 8 и 9-11 на ул. В.Ермака (1900-е, 1910-е г.г.). Сотрудничал с братом С.П.Кондратьевым. Отличался предприимчивостью и решительностью, представляя собой характерный для того времени тип архитектора-дельца.Он – автор первого дома-коммуны на Смоленской ул., 31 (1904 г.). Продолжал работать и после революции.
Шауб Василий Васильевич (1861-1934)
Выдающийся мастер модерна. С 1892 года академик архитектуры. Один из самых активных и талантливых зодчих города в конце 19 – нач. 20 в.в. Строил во всех районах, причем его здания определили облик многих улиц и набережных, став неотъемлемой частью городского ландшафта. Разностороннего мастера высоко ценили современники. В Коломне Шауб построил незаурядный в градостроительном отношении доходный дом на углу Фонтанки и Садовой (№ 199\128, 1911-1912 г.г.), прозванный горожанами «утюгом». Это строгое и монументальное здание стало «персонажем» многих пейзажей художников Петербурга. Шауб плодотворно трудился и после революции. Большой вклад в культуру внесли и его многочисленные потомки.
Гребенка Николай Павлович (1820 -1880)
Творчество Гребенки приходится на 50-е – 70-е годы ХIХ столетия, середина которого знаменуется началом массового строительства жилья. В это время требовались не столько дворцы, сколько жилье для рядовых горожан. Доходные дома постепенно приобретали свои специфические черты. Фасады часто делались упрощенными, наряду с лицевыми корпусами возводились внутренние и боковые флигели. Световые дворики становились все меньше.
Н.П.Гребенка родился в Полтавской губернии. С 1835 по 1843 г.г. учился в Петербургской Академии художеств на архитектурном отделении. Это был неутомимый архитектор-строитель, о котором говорили, «что почти 1\8 часть Петербурга обстроена им». В этом нет преувеличения – Гребенка построил или перестроил более 70 зданий в Петербурге. Многие его постройки сохранились до наших дней, другие вошли в состав новых. Свои первые постройки – доходные дома в Соляном пер.,14 и на Фонтанке,179 – Николай Гребенка спроектировал и построил в 1844 г., сразу по окончании Академии художеств (оба дома позже перестроены). В следующем строительном сезоне по проекту 25-летнего архитектора на Садовой ул.,31\34 был возведен дом купца и табачного фабриканта В.Г.Жукова, предназначенный для сдачи внаем. С этого времени заказчиками Николая Павловича стали богатейшие купцы Елисеевы, Гурьевы, Овсянниковы. За тридцать пять лет своей деятельности Гребенка стал одним из самых популярных архитекторов массового жилого строительства. В 1852 году он был удостоен звания академика архитектуры.
Архитектор разработал интересные образцы предельно упрощенной трактовки неоренессансных мотивов в виде системы плоских поэтажных лопаток. Два таких дома были построены в 1849-1850 г.г.
Крупномасшабное строительство доходных домов требовало архитектуры и композиции зданий, отличных от возводившихся ранее дворцов. Классицизм, в том числе поздний, сменился эклектикой. Об усилиях Н.П.Гребенки в этом направлении свидетельствует фасад дома М.Ф.Руадзе (Б.Морская,16).
В середине ХIХ века в районах аристократической застройки доходные дома нередко вытесняли особняки разорившихся вельмож, но своими фасадами они зачастую походили на них. Стремление к роскоши, богатству заставляло обращаться к стилистике необарокко. Николай Павлович успешно использовал это направление.
Участие зодчего в культовом строительстве началось с расширения собора Андрея Первозванного на Васильевском острове: в 1848-1850 годах он пристроил к трапезной боковые приделы. Внутреннюю отделку храма выполнил А.М.Горностаев. По проекту Гребенки в 1866-1871 г.г. на углу Боровой и Разъезжей улиц была сооружена церковь Св. Александра Невского при подворье Александро-Свирского монастыря. В 1889-1891 годах здание было перестроено архитектором Н.Никоновым, а в 1950-х годах было до неузнаваемости искажено и приспособлено под медицинское учреждение.
В 1869-1873 годах по проекту Гребенки была построена церковь-усыпальница во имя чудотворной Тихвинской иконы Божией Матери на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры. Храм был одноэтажный, с массивным верхом, увенчанный маковкой. В 1930-е годы здание сделали двухэтажным, уничтожили внутреннюю и внешнюю отделку и разместили в нем почту и общежитие. В 1985 г. после капитального ремонта здесь был создан выставочный зал Музея городской скульптуры.
Архитектор умер в 1880 году и был похоронен в Петербурге на Смоленском кладбище. Могила его утрачена.
Ипполит Александрович Претро - выдающийся мастер северного модерна.
Родился 31 декабря 1871 года в Санкт-Петербурге в семье французского подданного Жана Александра Претро, служащего при железной дороге. Его матерью была Жозефа-Шарлотта (в девичестве Гренмарк), датчанка по происхождению. Был окрещен 24 мая 1872 г. в Евангелическо-лютеранской церкви Св. Екатерины.
В 1889 году по ходатайству отца с Высочайшего соизволения был приведен к присяге на подданство России. Учился в С.-Петербургской 8 гимназии и в гимназии Императорского С.-Петербургского Историко-Филологического института. Гимназический курс окончил в 11892 г. и тогда же поступил в Императорскую Академию Художеств. В 1897 г. принял православие и, с разрешения академического начальства, был обвенчан с дочерью тайного советника Елизаветой Ивановной Неклюдовой в церкви Академии Художеств.
Свидетельство о праве производить постройки было выдано Ипполиту Александровичу Академией в 1899 г. Свое обучение он завершил в Высшем Художественном Училище при Академии в мастерской Л.Н.Бенуа.
В 1901 году за проект «Государственной Думы в столице» ему было присвоено звание художника-архитектора. К этому времени в семье И.А.Претро было уже три сына, рождение четвертого совпало с избранием действительным членом Императорского С.-Петербургского общества архитекторов в 1902 г.
С 1902 г. по 1917 г. И.А.Претро был архитектором приюта принца П.Г.Ольденбургского. В это же время он создает много проектов по частным заказам и занимается строительством.
Наиболее известны из построенного в это время здания в стиле северного модерна, одним из лучших представителей которого он признан по праву.
Много и плодотворно работал после революции в Ленинграде и других городах страны, отличаясь необыкновенной работоспособностью и увлеченностью. Оставил добрую память о себе у современников и потомков. Погиб в период репрессий.
Алексей Федорович Бубырь (11875 – 1919)
Одним из блистательных мастеров финского модерна был Алексей Федорович Бубырь. Выпускник Екатеринославской гимназии окончил в Петербурге Институт Гражданских инженеров. Созданные Алексеем Бубырем здания, как и постройки выдающихся финских архитекторов, поражают игрой архитектурными массами, свободным соединением на одном фасаде окон самых разных, самых причудливых форм, фантастически разнообразными завершениями зданий с башенками, шпицами, фронтонами, мансардами, дымовыми трубами.
Дома, построенные Бубырем, остались и стоят крепко, добротно; дома, похожие на сказку. Программным произведением, воплотившим в своей композиции лучшие стороны его мастерства, стал дом №159 на Фонтанке, в Коломне. Мощный объем и необычный силуэт дома неотделим от окружающих зданий, мостов, скульптур сфинксов, фонарей, подъемных кранов вдали. Он чрезвычайно эффектно воспринимается с разных сторон. Это в полном смысле слова «северный дом».
Здание принадлежало А.И.Капустину. Примененные здесь строительные и отделочные материалы – кирпич, цементная штукатурка, гранит, черепица подчеркивают северный характер дома, основные членения фасадов. Фактурные и цветовые сопоставления плоскостей позволяют постичь определенную систему, присущую дому. Главный фасад ассиметричен, и ощущение уравновешенности достигнуто приемами классического зодчества, главным образом, равновесием масс. Основным элементом фасада является средний эркер, будто вырастающий из стены и объединенный с балконом. Простенки между окнами эркера – не просто масса каменной кладки, благодаря небольшим выступам они приобретают Скульптурность. С помощью этих вертикальных элементов эркер становится еще более характерным.
В доме на Фонтанке несколько типов окон, размеры которых кратны размерам маленького проема. Архитектор компонует два узких окна так, чтобы нижерасположенное окно по своему пятну уравновешивало их. Соотношения проемов и простенков образует единую систему.
Другой, более протяженный фасад, отличающийся суровой романтичностью облика, занимает едва ли половину Климова переулка. В обоих фасадах эркеры и балконы выделены светлой ровной штукатуркой. Гранитная облицовка покрывает лишь часть стены первого этажа и обрамляет входы, она почти не отличается по тону от темной фактурной штукатурки.
Здесь нет ордерных элементов, декор очень скупо выведен в оформлении входов и покрытий. По существу, декоративный характер носят мелкая расстекловка верхних частей окон, покрытия черепицей. Декор органично связан с самой структурой дома.
Дворовые фасады по своей выразительности почти не уступают главным. Привлекают внимание разные типы оконных проемов, опорные столбы у входов и объемы лестничных клеток. Дворы уютны и соразмерны человеку. Двигаясь вокруг здания, осматривая его изнутри, мы постигаем цельность замысла автора.
Известно, что Бубырь женился в Петербурге на Юлии Андреевне Дидерихс – дочери владельца фабрики, выпускавшей рояли и пианино. Он был хорошим семьянином и жил с женой сначала в доме на углу Суворовского и Таврической, а затем занимал квартиру на 6-м этаже собственного дома на Стремянной, 11. Он преподавал в Институте гражданских инженеров, вел Архитектурное проектирование и Проектирование конструкций – предметы, важнейшие для архитектора. Мнеого сил отдавал студентам, возил их на стройки, знакомил с выдающимися художниками, архитекторами.
Бубырь был заядлым автомобилистом. Он строил на Б.Сампсониевском пр. Корпуса завода Рено и сам разъезжал сам, естественно, на автомобиле Рено.
С началом 1 Мировой войны он отправил жену и детей подальше от опасности на Украину, а после революции и сам уехал на родину. В 1919 году, в возрасте 43 лет, архитектор был убит.Позднее семья вернулась в Ленинград и здесь погибла во время блокады.
ПОКРОВСКАЯ ПЛОЩАДЬ.
В 1739 г. присвоено название Успенская пл. по церкви Успения Пресвятой Богородицы, которую предполагалось построить в центре площади. Наименование было повторено в 1753 г., однако осталось только на бумаге. Первое реальное существовавшее наименование Покровская пл. известно с 1822 г. Переименована в 1923 г. в пл. Тургенева, русского писателя.
В 1737 г. после грандиозного пожара, охватившего почти весь центр города, была образована «Комиссия о Санкт-Петербургском строении» во главе с выдающимся зодчим-градостроителем, одним из «птенцов ГНЕзда Петрова» П.М.Еропкиным. Комиссия, в работах которой участвовал и Джузеппе Трезини, племянник первого зодчего Петербурга, разработал новый генплан города, уделив особое внимание планировке Адмиралтейской части, застройке Садовой улицы и формированию на ней площадей, одной из которых стала Покровская. В конце Садовой улицы Еропкин намечал постановку храма.
Как все площади в старых русских городах, Покровская была одновременно церковной и рыночной. Во второй половине XVIII века она именовалась: «Площадь к привозу и продаже дров». Здесь проходили народные гуляния. В 1798 г. здесь начали возводить церковь во имя Пресвятой Богородицы. По просьбе прихожан проект составил крупнейший мастер русского классицизма И.Е.СТАРОВ. Церковь в Большой Коломне стала его ПОСЛЕДНЕЙ крупной работой Покровский сквер. 1887 г. Акад., профессор арх., Бенуа Н.Л. (Перепланирован) Ограда Покровской церкви. 1910 г. Apх. Вейнберг Е.П. (Не сохранилась) Приделы Покровской церкви. 1902 г. Арх. Кондратьев С.П., и ЛыткинА.С. (Не сохранилась) Окрестности Покровской площади не носят на себе яркой печати окружения торгового центра. Для подтверждения этого достаточно одного взгляда на этот рынок. Перед нами базар небольших провинциальных городов, сосредоточенный около церкви на площади. Ряды лотков без достаточно выраженного разделения товаров, бедно, но разнообразно представленных, заполняют эту часть площади. Продажа идет также и с «воза» и из мешка. ( Анциферов Н.П. Улица рынков.)
Церковь Покрова Пресвятой Богородицы.
В сентябре 1798 года на площади начали возводить церковь по просьбе жителей 4-й Адмиралтейской части, от имени которых митрополит Новгородский и Петербургский Гавриил обратился к военному генерал-губернатору Ф.Ф.Буксгевдену. Просьбу эту они объяснили удаленностью своих мест от Никольского собора и других церквей. По просьбе прихожан проект составил крупнейший мастер русского классицизма зодчий - градостроитель И.Е.Старов. Церковь в Большой Коломне стала его последней крупной работой.
Жители Коломны вносили на возведение церкви деньги, строительные материалы, делали иные пожертвования. Но строительство шло долго. Сначала возвели приделы, затем главную церковь - характерный образец классического купольного храма. Это было однокупольное сооружение с шести колонным портиком, барабан которого поддерживался двадцатью четырьмя ионическими колоннами. Особенно хорошо смотрелась в перспективе Садовой улицы колокольня, на которой установили восемь колоколов, которые в 1817 году отлили в Москве, а самый большой колокол приобрели уже в 1833 году.
С 1814 по 1817 г. г. была благоустроена окружающая территория. По проекту В.П.Стасова возвели железную ограду с двумя часовнями, в ограде были высажены березы. В то время церковь доминировала над невысокой окружающей застройкой.
В 1871 году при церкви учредили «Приходское общество вспоможения бедным», открыли столовую для бедноты, приют, школу. Детей из приюта летом вывозили на дачу в Сиверскую.
А.С.Пушкин, в молодости бывший прихожанином церкви, посвятил ей несколько трогательных строк: «…Люблю летать, заснувши наяву, в Коломну, к Покрову - и в воскресенье. Там слушать русское богослуженье».
Во второй половине XIX века храм дважды расширялся без особого ущерба для его внешнего облика. К столетию церкви, в 1912 году, ее отремонтировали; вышла в свет великолепная монография, посвященная Покровской церкви.
В 1932 году церковь была закрыта, а в 1934 снесена по традиции, как «мешавшая трамвайному движению».
Бани
Петербургской бане - без малого три века, почти столько же, сколько самому городу. Были бани домашние, которые содержали состоятельные жители и бани публичные, иначе, - «торговые», «народные», «общие».
К началу 1870-х годов в Петербурге было 46 торговых бань на 650 000 жителей (для сравнения: спустя сто лет на 5 миллионов жителей-52 бани). Лучшими обыкновенно считались те бани, которые использовали воду из Невы (в основном это были так называемые дворянские бани для «чистой», то есть состоятельной публики), хуже репутация была у тех, что стояли на Екатерининском канале и на Пряжке.
Некоторые бани в разное время назывались то по фамилии владельца, то по названию улицы, на которой находились.
Бани А.Я.Шагина, бани Г.М.Литовского, «Усачевские», «Плеяды». Перестройка в 1883 г. Арх. Ковшаров, Расширение в 1899г., арх. Рылло М.И. Усачевский пер., 12\29.
«Еврейские народные бани». Постройка 1902 года, архитектор Б.И.Гиршович. Екатерининский канал, 140.
Никольский рынок.
Местность, на которой был выстроен рынок, до второй половины XVIII века была совершенно пустынной и принадлежала Адмиралтейской коллегии. Рынок строился неизвестным архитектором; строился на сваях, так как берега Екатерининского и Крюкова каналов здесь были весьма заболочены. Строительство осуществлялось в течение всего 1788 года, а открыт рынок был в 1789 году, в год взятия Суворовым города Очакова, чем и объясняется первоначальное название рынка - Очаковский. В 1825 году, после большого пожара рынок был перестроен и стал называться Никольским.
Открытые аркады, опоясывающие все здание, смягчают однообразие протяженных фасадов, придают сооружению монументальность. За Никольским рынком на берегу Кракова канала находился еще один рынок - Щепяной, позже уничтоженный.
Первоначально рынок состоял из 52 лавок и звался «частным», так как казна не принимала участия в его постройке. Представленный на Никольском рынке ассортимент промышленных товаров (посуда, корзины, бочки и т. д.) имел в основном хозяйственное назначение. Впрочем, здесь бойко торговали и различной провизией. На Никольском рынке находились также и крупные склады.
В 1880-х годах с Сенной площади на Никольский рынок был перенесен так называемый «обжорный ряд», который представлял собой 12 - 15 засаленных деревянных столов, над которыми возвышался старый, дырявый навес на столбах. К столбам были прибиты фонари. Здесь с ранней весны до осени была своеобразная биржа сезонных рабочих. Каменщики и плотники, маляры и кровельщики, штукатуры и землекопы собирались в «обжорном ряду» рынка в ожидании «покупателей» рабочих рук: подрядчиков, которые нанимали здесь рабочих для многочисленных строек Петербурга.
В районе Никольского рынка находилась биржа ломовых извозчиков - одна из многочисленных в Петербурге. До появления автомобилей основным видом перевозки грузов в городе был гужевой транспорт. В 1900 году в Петербурге числилось 26485 лотовых извозчиков, а к 1913 году их число возросло вдвое.
По ночам, когда товары развозили по рынкам, грохот окованных железом колес по булыжной мостовой слышен: был далеко за пределами города.
Никольский рынок состоит из двух корпусов. Первый корпус – больший по размерам – представляет собой четырехугольное здание, выходящее фасадом на Садовую улицу, Никольский пер., Щепяной пер. и Крюков канал. Рынок представляет двухэтажное здание, состоящее из 52 номеров. Первый этаж окружен широкой галереей, выходящей наружу по фасаду арками, соединяющими каждый номер. Над арками и во всю ширину здания расположен второй этаж, выходящий на улицу окнами.
Высота первого этажа 6 аршин, второго – 4 аршина. Все здание поднимается над улицей на 2 аршина: внизу имеются подвалы, углубляющиеся на полтора аршина. 28 номеров рынка заняты заведениями, торгующими пищевыми продуктами. Главная торговля – оптовая – мясом и соленой рыбой; остальные заведения: мясные («в розницу») и зеленные лавки.
Помещения рынка большею частью принадлежат самим владельцам торговых заведений – людям зажиточным, которые содержат помещения в образцовом порядке и благоустройстве. Двор Никольского рынка в санитарном отношении содержится довольно удовлетворительно.
Выборка из отчета санитарных врачей за 1908 г. по осмотру рынков в г.Санкт-Петербурге.
Пушкин в Коломне
КОЛЛЕГИЯ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ
В центре здания — дверь, к которой ведет лестница из восьми ступеней. 13 июня 1817 года по этим ступенькам впервые поднялся Александр Сергеевич Пушкин. Он только что закончил Царскосельский лицей и вместе с друзьями В. К. Кюхельбекером, А. М. Горчаковым, и Н. А. Корсаковым был определен на службу в Коллегию иностранных дел. Немногим ранее сюда же после окончания московского университета был зачислен на службу Александр Сергеевич Грибоедов. Вскоре в торжественной обстановке они принимали присягу. Обязательство не разглашать государственные тайны Пушкин подписывал вместе с Кюхельбекером и Грибоедовым.
Это было единственное учреждение, подчинявшееся не Сенату, а непосредственно царю. Согласно структуре, Коллегия состояла из присутствия, куда входили президент, вице-президент, четыре советника, четыре ассесора, секретарь и целый штат чиновников и канцеляристов. При Коллегии находился прокурор, обязанностью которого был контроль за деятельностью Коллегии.
Ко времени появления там Пушкина всеми делами заправляли грек Иоанн Антонович Каподистрия и немец Карл Васильевич Нессельроде. Нессельроде ведал западными делами, Каподистрия — восточными. Отношения между ними были натянутые.
Как вспоминал впоследствии Горчаков, стоило ему начать свою карьеру под руководством Каподистрии, этого было достаточно, чтобы вызвать нерасположение Нессельроде.
Чисто внешне Нессельроде у многих вызывал нерасположение. Сохранилось воспоминание, что когда Пушкин, бывший тоже невысокого роста, впервые увидел Нессельроде, то подумал, что в Коллегии не два, а полтора статс-секретаря. Нессельроде был так мал ростом, что ему дали прозвище «Карла».
По счастью, Пушкин, как и Горчаков, попал в непосредственное подчинение к ставшему впоследствии президентом Греческой республики Каподистрии, о котором все современники отзывались как о человеке высокообразованном, трудолюбивом, простом, лишенном всякого высокомерия. Ему в высшей степени было присуще строгое отношение к себе и бескорыстное, благожелательное — к другим людям. Писатель Н. М. Карамзин называл Каподистрию «умнейшим человеком нашего двора». Каподистрия сразу же оценил необыкновенный талант Пушкина и менее всего видел в нем чиновника. Возможно, поэтому Пушкин не был загружен работой. Он писал об этом времени: «семь лет я службою не занимался, не написал ни одной бумаги, не был в сношении ни с одним начальником». Когда в 1820 году над поэтом нависла угроза наказания, Каподистрия вместе с Карамзиным отправились доказывать Александру I «всю жестокость его желания сослать Пушкина в Соловецкий монастырь или Сибирь и умоляли смягчить его участь». Каподистрия тогда пользовался большим влиянием при дворе, и место ссылки Пушкина заменили на Екатеринослав. И там Каподистрия не оставлял поэта без внимания и всячески старался смягчить его участь, посылая запросы местному начальству.
В то время в главном корпусе вдоль набережной размещались присутствие и канцелярия. Дворовые постройки были заняты казенными квартирами протоколистов и канцеляристов. О нравах и обычаях, царивших в то время, в своих записках рассказал служивший там С. П. Жихарев. Судя по ним, служащие не были обременены делами. Среди прочих имеется запись: «До сих пор я ничего другого не делаю, как только дежурю в месяц раз, да толкую о Троянской войне».
В 1828 году Коллегия иностранных дел была переведена в здание на Дворцовой площади, а освободившийся дом на Английской набережной заняли крупные чины Генерального штаба русской армии.
Вновь организованная Академия Генерального штаба поначалу была сравнительно небольшая,и для ее размещения хватало лишь части главного корпуса. Через парадный подъезд на Английской набережной посетители попадали в обширный вестибюль, из которого деревянная лестница вела на второй этаж, где Академия занимала девять комнат. Все помещения были обставлены мебелью красного дерева и карельской березы, специально заказанной у известного петербургского мастера А. Тура. В другой части дома располагались служащие, включая квартиры начальника Академии и его адъютанта. Академия Генерального штаба, получившая в 1855 году название Николаевской, просуществовала здесь до 1903 года. За это время через нее прошли многие военные, впоследствии ставшими известными на других поприщах. Среди них публицист, революционный демократ и ученый В. Л. Обручев, путешественник и географ Н. М. Пржевальский, автор книги «50 лет в строю» А. А. Игнатьев.
Затем для Академии было выстроено специальное здание на Преображенском плацу (ныне Суворовский пр., 32), адом на Английской набережной занял отдел военных сообщений Генерального штаба. После 1917 года здание, по традиции, продолжает находиться в военном ведомстве.
|
